Время, присутствие и память

За работой и игрой с Норбу Ринпоче

Однажды в доме его семьи в Формии

В честь сорокалетия с даты выхода книги «Кристалл и путь света: Сутра, Тантра и Дзогчен»

Джон Шейн

Время удивительно.

Где находится прошлое? Оно ушло. Остались лишь интерпретации прошедших событий.

Настоящий момент длится ноль мгновений.

А что касается будущего, то я и вовсе не уверен в его существовании.

Всё, с чем я сталкиваюсь в жизни, — это насущный момент и больше ничего.

Я даже не могу сказать, что на самом деле значит «сейчас».

С этой точки зрения то, что мы называем «временем», в действительности представляет собой лишь присущее реальности движение, которое видоизменяется и эволюционирует как спонтанное проявление спектра энергии.

Через что вы проходите прямо сейчас? Надеюсь, дела у вас идут хорошо.

Мне скоро исполнится 80 лет. Хотя мне посчастливилось сохранить относительно неплохое здоровье по сравнению с моими ровесниками, врачи решили, что в ближайшее время мне необходимо провести несколько операций, каждая из которых потребует полного наркоза.

В неблагоприятных обстоятельствах полезно напоминать себе о чём-то приятном из жизни, так что в ожидании первой операции, которая пройдёт в следующий вторник, я привожу в порядок свой архив фотографий и видеозаписей, на которых запечатлена моя жизнь и поездки с Норбу Ринпоче.

Хотя изначально у меня не было таких намерений, в процессе просмотра фотографий из архива я, так сказать, начал вспоминать былое, как и советуют делать пожилым людям на более позднем этапе жизни.

Когда редакторы «Зеркала» спросили меня, не хочу ли я написать статью для очередного выпуска, я решил поделиться с читателями фотографиями из своего архива и вкратце рассказать, что они для меня значат, в надежде, что это будет интересно другим людям, у которых сложилась своя история отношений с Норбу Ринпоче и его учением. В конце концов, всех нас загадочным образом связывает не только принадлежность роду человеческому, но и передача Норбу Ринпоче.

Прежде всего, я хотел бы поделиться с вами фотографией Норбу Ринпоче, сделанной в огромной пещере в Маратике в горах Непала. Ринпоче и группа его учеников совершили долгое путешествие, чтобы провести ретрит в этом месте. Именно в ту поездку в Маратике Ринпоче увидел во сне текст терма садханы долгой жизни Мандаравы. Эту практику делают в Дзогчен-общине по сей день.

На фотографии Ринпоче надевает ботинки после учения в пещере Маратики.

Это фото имеет для меня особое значение: когда я позднее посмотрел на эту фотографию, я вспомнил известную историю про хасидского раввина. Однажды раввина спросили, почему он проделал такой огромный путь ради встречи с учителем, и тот отвечал, что преодолел тысячи километров просто потому, что хотел увидеть, как учитель завязывает шнурки на ботинках. По его словам, для него это было гораздо важнее, чем читать или получать от учителя объяснения законов Торы.

Раввин пояснил, что его учитель воплотил учение до такой степени, что любое его действие, каким бы обыденным и мирским оно ни казалось, несло в себе глубочайший смысл учения.

Именно такие чувства испытывал и до сих пор испытываю я по отношению к Норбу Ринпоче. Из-за этой многолетней связи с ним я объездил весь мир и преодолел тысячи километров, чтобы быть рядом с ним и вместе работать: сначала как переводчик, а затем в качестве редактора. Но я всегда оставался его учеником.

Второе фото — кадр из видео, снятого мной на Гавайях. На нём Ринпоче держит в руках надувной глобус, который ему подарили во время ретрита. Я пытался передать, как Ринпоче заботится о целом мире. Мне кажется, получилось.

Когда после ретрита у горы Файто недалеко от Неаполя Норбу Ринпоче предложил мне провести выходные вместе в доме его семьи в Формии между Неаполем и Римом, я и знать не знал, что проведу там целых полгода и приступлю вместе с Ринпоче к работе над книгой, которая позднее выйдет в свет под названием «Кристалл и путь света: Сутра, Тантра и Дзогчен» и будет переведена на более 30 языков мира.

На фотографии выше запечатлена гостиная в апартаментах семьи Намкай, обеденный стол, за которым мы с Ринпоче работали, и диван, на котором я спал все эти месяцы.

Эта фотография, конечно, была сделана задолго до появления Меригара, первого центра Дзогчен-общины.

На следующем фото — вид с балкона апартаментов семьи Намкай в Формии на Средиземное море и город Гаэта. В то время Ринпоче всё ещё преподавал тибетскую и монгольскую культуру, язык и литературу в Университете Востока в Неаполе, а Формия удобно располагалась примерно посередине между Неаполем и Римом, так что Ринпоче мог при необходимости легко добраться на поезде или на машине до любого из этих двух крупных городов, откуда позднее он часто вылетал в другие страны.

На фотографии выше — балкон за окнами гостиной в апартаментах семьи Намкай, где я часто делал практики, писал или просто беседовал с Ринпоче на протяжении моего пребывания в этой квартире.

Наконец, вот и я сам: сижу в гостиной на диване, на котором я спал все эти месяцы. Тут меня сфотографировал сам Норбу Ринпоче на мой фотоаппарат. Одевал меня тоже сам Ринпоче: смеясь от души, он нарядил меня в свои одежды нагпа и подсказал, какую позу принять.

Я держу предметы, которые выбрал для фото Ринпоче: лотус в правой руке и ракушку в левой. Ожерелье, которое висит у меня на шее, также выдал мне Ринпоче.

Ринпоче и его родные так сильно смеялись, пока он наряжал меня и выстраивал позу, что я с трудом мог слышать его указания, когда он настраивал фотокамеру: «Хватит смеяться, Джон! Посерьёзнее! Даже не думай улыбаться! Вот так, Джон, взгляд в пространство! Хорошо, готово!Теперь можешьрасслабиться!» можешь

У Норбу Ринпоче был особый подход к работе: он всегда трудился очень усердно.

Когда я ночевал на диване в его гостиной, я частенько просыпался рано утром и видел Ринпоче, который к тому времени уже несколько часов сидел за столом и что-то писал.

В такие дни, когда я наконец просыпался, Ринпоче часто читал мне вслух свои записи об осознанных сновидениях, которые он видел в ту ночь.

Но он не только неустанно работал, но и любил поиграть.

Те, кто с ним работал, познали не только усердный труд, но и веселье.

Его чувство юмора не уступало по силе его принципам в работе. Он любил хорошо пошутить в окружении учеников.

К моменту проведения ретрита на горе Файто (это был далеко не первый мой ретрит с Ринпоче), я уже из своего опыта знал, как весело он будет проводить время: будучи ламой, рождённым и воспитанным в легендарном «волшебном и мистическом Тибете», как в те времена думали многие жители Запада, Ринпоче подтрунивал над склонностью своих учеников предаваться духовным фантазиям, причём по отношению не только к тибетскому буддизму, но и к нему самому.

В таком шутливом настрое он отлично умел сохранять абсолютно невозмутимое выражение лица, убеждая людей соглашаться на совершенно невероятные предложения с его стороны. А потом неожиданно выбивал у них почву из-под ног, заявляя, что всё это время лишь проверял, насколько они доверчивы или с какой ерундой они готовы согласиться только потому, что высказал её он, тибетский лама, рождённый в Тибете.

К примеру, когда я по приглашению Ринпоче впервые зашёл в его апартаменты в Формии, я увидел на полу сразу за входной дверью в прихожей большой и очень тяжёлый каменный толчейный пест и ступу.

Я не мог их не заметить, потому что в свой первый визит я сильно ударился о ступу ногой, а Ринпоче тут же спросил меня, почему, по моему мнению, она там стояла.

Ринпоче с таким предвкушением ждал моего ответа, что у меня не оставалось времени придумать ответ, так что я сказал, что, по-моему, он поставил туда ступу и пест в качестве «ловушки для потерявших осознанность», чтобы сразу видеть состояние гостей: в отвлечении или в присутствии, как он учил.

Ринпоче закивал, побуждая меня продолжать и рассказать подробнее о «ловушке», что я и сделал.

Каждый раз, когда я останавливался, Ринпоче просил меня продолжать. При этом он кивал, как бы соглашаясь со мной, и показывал всем своим видом, что я, в отличие от всех остальных, постиг, зачем в прихожей стояли ступа и пест.

Всё семейство Ринпоче, собравшееся поприветствовать меня, наблюдало за этой беседой. Все они также кивали и с одобрением улыбались, так что я ощутил прилив гордости, ведь в своих неординарных объяснениях я, должно быть, попал в самую точку.

Лишь спустя месяц Роза, жена Ринпоче, наконец рассказала мне, что это была шутка: на самом деле ступу и пест поставили в прихожую, так как на полу в том месте отошла плитка, а под рукой не нашлось ничего достаточно тяжёлого, кроме ступы и песта, что могло бы придавить плитку, пока закрепляется нанесённый на неё клей.

Вот тебе и мистическая интуиция с прозрением!

Мой рассказ выше, конечно, не претендует на абсолютную точность: я постарался описать события и места при помощи слов и фотографий, но что происходило в реальности — это другая история.

Ум обладает невероятной способностью к толкованию: он объединяет мгновенные вспышки мыслей в круговорот виртуальных интерпретаций и создаёт развёрнутую героическую или трагическую историю о человеке (в данном случае — о некоем «Джоне»), который, предположительно, существует во времени.

Но на самом деле в каждый момент времени весь «мир» — уже прошлое.

То, что мы называем «памятью», — в действительности просто энергия мысли, определённая модель, возникающая в сознании здесь и сейчас.

Как сон, в котором может присниться подробная предыстория, которой на самом деле никогда не было, так и эта «история» «Джона», которой я с вами поделился, в действительности представляет собой текущий вкус кадак и лхундруб, пустоты и спонтанного проявления, их совместный танец в настоящем моменте.

Надеюсь, вам понравилась игра энергии, возникающей в поле вашего осознавания при прочтении моего рассказа и просмотре фотографий, поднесённых мной в таком же весёлом настрое, в котором Ринпоче, когда я впервые зашёл в его апартаменты в Формии, загадал мне ту загадку о том, зачем в прихожей его дома поставили ступу и пест, чтобы вытащить меня из привычного мыслительного процесса в реальность того, что есть на самом деле, каким бы «хорошим» или «плохим», «положительным» или «отрицательным» оно ни казалось.

В том же духе Ринпоче в каждый проведённый рядом с ним момент времени подталкивал меня к выходу за пределы заблуждающегося ума, который в состоянии концептуальных оценочных суждений разделяет бесшовную ткань «того, что есть», на «это» и «то», «хорошее» и «плохое», «себя» и «других», впадая в привычные ложные представления, из-за которых естественное проявление спонтанного самоосвобождающегося осознавания ошибочно переживается как двойственность сансары со всеми вытекающими из этого страданиями.

Желаю вам здоровья и долгих лет жизни…

. . . . . . . . . . . . . . . . .

На протяжении последнего месяца я в своей звукозаписывающей студии в Лондоне занимался музыкальными экспериментами с использованием ИИ.

В ходе одного из первых таких экспериментов я попробовал наложить на музыку стихи, которые спонтанно сочинил в те далёкие дни. Это был один из тех моментов, когда Ринпоче после учений сидел в кругу «отдыхавших» и просил их по очереди что-нибудь спеть, любую старую песню, которая приходила им на ум.

Когда очередь дошла до меня, я, будучи «Шейнспиром», решил, что не буду исполнять популярную или народную песню или что-либо ещё из всплывшего тогда в памяти, как это делали многие другие. Вместо этого я на ходу придумал простую песенку с повторяющейся своего рода мантрой на английском, которую я и исполнил для Ринпоче и всех собравшихся.

Пока я её пел, я видел, что Ринпоче понравились слова моей песенки и он начал подпевать.

Вот эти слова, которые я пел тогда Ринпоче, повторяя раз за разом, с небольшими вариациями, и которым подпевал и он, и все остальные:

«Во время…
Во время вне времени…
Во время до времени…
Во время до начала времён»
(англ. “In the time….
In the timeless time….
In the time before time….
In the time before time began”)

Очевидно, что «время вне времени» — это «сейчас», когда мы находимся в полном присутствии за пределами времени. Ринпоче сразу это понял и начал подпевать мне. Мы вместе были в этом «времени вне времени». Когда остальные тоже начали подпевать нам, мы все вместе были в присутствии в едином моменте. Это было прекрасно.

Я, конечно, не рассчитывал, что этот момент можно в точности передать при помощи музыки, написанной ИИ. Я просто попробовал создать хоровую аранжировку этой песенки. Ниже вы можете прослушать одну из получившихся версий.

Если вам было бы интересно почитать и послушать другие мои работы или вы хотели бы написать мне, то переходите на мою страницу в Substack по ссылке:

https://johnshanewayofthepoet.substack.com.

Вы также можете прочитать эту статью на других языках: